«Жизнь удалась»

Текст Марыси Никитюк

Фото Димы Valev, Ольги Закревской

На закрытие ГогольFestа в Киев привезли нашумевший в Москве экспериментальный спектакль по пьесе эпатажного белорусского драматурга Павла Пряжко «Жизнь удалась». Пряжко пишет систематически и много, это, наверное, потому, что писать он может о чем угодно (да хотя бы о трусах! — пьеса «Трусы» была поставлена в Театр doc.). В Москве его ценят и ждут, а главное — ставят на соответствующих для новой драмы площадках, в Белоруссии — не очень ценят и не спешат ставить. Это объясняется крайней, так сказать, «новодраматичностью» пьес Пряжко, персонажи которого — закоренелые маргиналы и люмпены. Правда, «народность», декор и матерность не мешают драматургии Павла Пряжко быть остроумной и меткой с точки зрения добросовестного копирования реальности и типов.

«Жизнь удалась» представляет нам таких уж непроходимо тупых персонажей, что любая попытка играть их реалистично, закончилась бы трагически, и, прежде всего, для зрителя. Но, однако же, наглую матерщину и тугодумное немногословие героев сопровождает голос автора в виде комментариев: он то подсказывает нам мысли героев, то обнаруживает перед нами их чувства, и в этом большое поле для режиссерских экспериментов. Режиссеры постановки Михаил Угаров и Марат Гацалов нашли довольно оригинальное решение: они поставили спектакль в виде читки, использовав все специфические возможности этого жанра. Замечательные Театрдоковские актеры, хорошо узнаваемые по сериалу «Школа», зачитывали свои реплики, озвучивая одновременно комментарии автора. Они как бы «входили» и «играли в своих персонажей» на глазах у зрителей, то вплотную подходя к ним, то отстраняясь и демонстрируя свою личную реакцию на происходящее.

«Жизнь удвлвсь» Театр doc «Жизнь удвлвсь» Театр doc

Этот прием сделал постановку схожей с карандашным эскизом, в котором еще все только обозначается, но это уже чрезвычайно художественно. Игорь Стам чудесно играет в несколько шаржевом духе водителя маршрутки, а потом — бабушку с собачкой, он входит в спектакль не перевоплощаясь, как шут-балагур, чтобы озвучить ту или иную роль, но характерно при этом обозначает себя. Так перед зрителем возникает некое подобие театрального скелета, но этот скелет является полноценным художественным высказыванием.

Игорь Стам — маршрутчик, бабушка, мама Игорь Стам — маршрутчик, бабушка, мама

Есть два брата физрука — Леша (Константин Гацалов) и Вадим (Даниил Воробьев). Есть две старшеклассницы — Лена (Аня Егорова) и Анжела (Александра Ребенок). Леша любит Лену, Лена любит Вадима, но встречается с Лешей, Вадим встречается с Анжелой, спит с Леной и, скорее всего, любит только себя. Вот на фоне такого запутанного чувственного соподчинения и разыгрывается свадьба Лены и Леши, ну и всяческая трагедия каждого. Вот только Анжеле автор отказал во внутреннем конфликте, ее беда, очевидно, в том, что ее все устраивает. Герои не могут объяснить себя, Ленины попытки сводятся к: «Вадим ты дебил», Лешины к: «Лена, какая же ты овца». В основе ультрамаргинальных свадебных событий лежит вечное желание иметь то, что нам не доступно, неумение ценить то, что есть, ну и, конечно же, озвученный всеми критиками да и режиссерами — кризис языка. Не могут люди объяснить себя друг другу — и страдают от непонимания.

«Жизнь удалась» — это то, что вся эта четверка в конец разломив свои судьбы, думает о жизни. И самое ужасное не то, что эти персонажи бредут по жизни, словно в пьяном угаре, а то, что в этом они даже находят удовольствие, с легким удовлетворением констатируя, что жизнь их удалась.

Вадим — Даниил Воробьев. Вадим — Даниил Воробьев.

Леша — Константин Гацалов Леша — Константин Гацалов

Анжела — Александра Ребенок Анжела — Александра Ребенок

Лена — Аня Егорова Лена — Аня Егорова


Другие статьи из этого раздела
  • …Или все что угодно после просмотра «Марат/Сад» в театре Русской драмы им. Леси Украинки

    Времена жуткие: в воздухе пахло кровью и порохом, на баррикадах гавроши рвали грудь свободе Делакруа и мочились на отрубленные головы аристократов и королей. Марат — одно из главных действующих лиц революции, перед смертью, изводя себя мыслями о революции, он томился в ванной, спасаясь от экзем. Эти соблазнительные картины имеют к рецензии весьма отдаленное отношение, но мне всегда хотелось литературно помечтать на тему «революция и я»: подглядеть за бесчинством черни на улицах дымящегося Парижа, где одновременно в одну эпоху собрались все волнительные персонажи: Шарлотта Корде, Бонапарт, Маркиз де Сад, Мария Антуанетта и Марат.
  • Скіфське каміння: мати-дочки

    «Скіфське каміння» — остання вистава Ніни Матвієнко, яку поставила американська режисерка українського походження Вірляна Ткач (до 20-ліття свого нью-йоркського колективу «Яра», що грає в театрі «Ля Мама»). Востаннє в Києві цей спектакль показували в рамках ГогольFestу 2010.
  • Юная энергия классики или почти сумасшедшая «Женитьба»

    Агафью Тихоновну переселили на Оболонскую набережную в двухэтажный элитный особнячок, вручили ей две квартиры в центре и дачу под Киевом. Жевакина сделали не моряком, а певцом, эдаким Элвисом с заячьей губой и феерическими повадками. Яичница из коллежского асессора превратился в заместителя начальника налоговой службы, ему надели круглые очки кота Базилио, приталенную жилетку, пижонские штаны и снабдили несколько гейскими повадками. Словом, все персонажи — утрированные представители нашего «сегодня»
  • Открытие ГогольFestа: «Противоположности красоты»

    Открытие ГогольFestа прошло людно, радостно, с чередой встреч и знакомств, походя на большую тусовку, обрамленную двумя яркими событиями — перформанс «АХЕ»«День рождение» и концентр Аквааэробики и Саши Фроловой. Да, еще выступал «ЛЮК», но это было уже слишком поздно и к театральной части никак не относилось.
  • «Олений дом» и олений ум

    «Олений дом» — странное действие, вольно расположившееся на территории безвкусного аматерства. Подобный «сочинительский театр» широко представлен в Северной Европе: режиссер совместно с труппой создает текст на остросоциальную тему, а затем организовывает его в форму песенно-хореографического представления. При такой «творческой свободе» очень кстати приходится контемпорари, стиль, который обязывает танцора безукоризненно владеть своим телом, но часто прикрывает чистое профанство. Тексты для таких представлений являются зачастую чистым полетом произвольных ассоциаций и рефлексий постановщика-графомана.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?