Прерванный эксгибиционизм27 октября 2010

Текст Марыси Никитюк

Фото Всеволод Ковтун

Премьерный моноспектакль «Святая похоть служанки Церлины»

Актрисы Татьяны Круликовской

В театре «Сузір’я

Постановка Сергея Васильева

По отрывку романа Германа Броха «Невиновные»

Театральный критик Сергей Васильев и актриса Татьяна Круликовская создали своеобразный спектакль по отрывку романа «Невиновные» австрийского писателя и философа Германа Броха. «Святая похоть служанки Церлины» театра «Сузір’я» — это монолог-самообличение (литературная редакция и адаптация — Сергей Васильев), в котором святая грешница Церлина предстает грубой, простой, неприятной, а вместе с тем, забавной и обаятельной особой. Из романа, повествующего о нескольких поколениях падших и заблудших душ, взята только одна часть, в которой Церлина оказывается не похотливым чудовищем, а страдающей Женщиной и Личностью, в похождениях, подлостях и интригах которой проглядывает тень настоящей любви.

Инсценированная часть романа семантически и стилистически самодостаточна: от каскада похождений и самообличений, эксгибиционистского акта падшей души, очищающейся перед зрителями, невозможно оторвать глаз. Подобные персонажи — настоящее испытание актерского мастерства для актрис, которые охотнее воплощают амплуа поэтичных красавиц, нежели физических и духовных отщепенцев. Татьяна Круликовская очень хороша в роли отталкивающей интриганки и развратницы, и это — настоящее свершение ее как актрисы.

Вся в белом на белоснежной постели Церлина ведет на контрасте свой темный, низкий рассказ: святость и горькое понимание жизни идеально заложены в символику белого, олицетворяющего также последующее прозрение и осознание героини. Татьяна Круликовская передает каждый оттенок характера и делает это с азартом и куражом.

Вероятно, для того, чтобы подчеркнуть падшесть и омерзительность персонажа, на постель Церлины «возложены» различные медицинские препараты — пробирки, ампулы, клизмы, она, то засовывает их себе под юбку, то мастурбирует их. Но нельзя не заметить, что этот предметный ряд, живущий своей отдельной жизнью, не предает остроты и так довольно жесткому рассказу, а только отвлекает от игры актрисы и вульгаризирует действо.

Минусом этого спектакля также можно назвать его продолжительность, как ни странно, но этого спектакля оказалось явно мало. Разворачивающаяся как эпическое полотно девиантной саги, постановка быстро скомкивается в конце, и зритель внезапно обозревает великолепную спину Круликовской, отвернувшейся к стене. Там, где эксгибиционизм героини должен был бы очиститься осознанием, происходит невероятно быстрое и неподготовленное, а потому и неправдоподобное изменение героини.

Всей этой истории слегка не хватило дыхания в точке кульминации, которая одновременно была и развязкой.


Другие статьи из этого раздела
  • Парад румунського театру: Національний театральний фестиваль в Бухаресті

    Кістяк театрального фестивалю в Бухаресті — найголовнішої театральної події року в країні — складався із набору вистав за класикою, поруч із якими виборювала собі місце молода румунська альтернатива. Окрім насиченої театральної програми, фестиваль мав також теоретичну частину, де можна було послухати лекції відомого американського режисера та теоретика театру Річарда Шехнера, відвідати презентації книжкових новинок на театральну тематику за останній рік, а також переглянути документальні фільми про Гротовського, Сару Кейн та інших театральних метрів
  • Театральная Япония

    Согласно официальной статистике, в Японии сегодня насчитывается около трех тысяч театров. Но реальность несколько иная… В 1980-е — во время так называемого, японского экономического чуда — действительно, были построены тысячи новых театральных пространств, многие из которых не были открыты, другие же были открыты, но использованы не по назначению. Недавний мировой экономический кризис, а также экологическая катастрофа (землетрясения и цунами) нынешнего года стали причиной закрытия многих коммерческих и государственных театров.
  • «Мокрая свадьба» и миропорядок

    Человеческое воображение всегда влекли недоступные знания и возможности. Одна из самых красочных и глубоких метафор человечества — алхимия — до сих пор возбуждает мистический трепет. Кто не представит таинственную, потайную комнату, где стол уставлен дымящимися колбами цвета изумруда, аквамарина и фуксии, где огненной птицей наблюдает мудрый феникс, а в углу, в кувшине персидской росписи, спрятано мумие.
  • «Мать». Премьера по Станиславу Виткевичу

    О молодой режиссуре, вечных ценностях и театре абсурда
  • Ирландская Пермь. «Театр У моста»

    Театральная нарезка-смотр спектаклей по Мартину МакДонаху пермского «Театра У моста».Режиссер-Сергей Федотов. Постановки: «Череп из Коннемары», «Калека из Иншмора», «Сиротливый Запад

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?