Возраст музыкального Барокко. Киев. Июль.07 августа 2009

Текст Сергея Наконечного

16 июля небольшой захолустный дворик Киево-Печерской Лавры был заполнен музыкой и людьми — под открытым небом был дан концерт барочной музыки и танца. Инициаторы проекта — музыкальный коллектив «Киев-Барокко» при поддержке студии старинного танца «Джойссанс».

Скрипка, флейта, виолончель, бубен — классическая музыка хорошо оттеняет тишину лаврского дворика. За спинами музыкантов — на тяжелых темно-коричневых креслах люди в костюмах эпохи Возрождения. Время от времени они грациозно поднимаются, чтобы исполнить старинный танец наших далеких прапрабабушек — намеренно скованный и нарочито манерный. Сегодняшний зритель, надо сказать, тоже не очень молод.

Фото Сергея Наконечного Фото Сергея Наконечного

Инициаторы этого концерта, столь необычного для современного опошленного потребителя, — музыкальный коллектив «Киев-Барокко». Его руководитель Полина Захарян рассказывает: «Впервые ансамбль с таким названием появился еще в 1995 году и состоял он только из духовых инструментов. Но, к сожалению, в 90-х все музыканты уехали заграницу, остался лишь Сергей Сухоруков, который возродил этот ансамбль три года назад». На вопрос о целях проекта музыканты утверждают: «В Украине, к сожалению, нет возможности научиться аутентичной игре на струнных и на духовых инструментах. Поэтому мы ездим на мастер-классы заграницу, где изучаем ту музыку, которую впоследствии привозим на родину».

Фото Сергея Наконечного Фото Сергея Наконечного

Руководитель студии «Джойссанс», Наталия Скорнякова, говорит, что, в первую очередь, участникам коллектива интересна история эпохи Возрождения: быт, одежда, манеры, и в контексте нее — танец. Все костюмы пошиты участниками студии самостоятельно, и сейчас коллекция насчитывает около 10 нарядов XV века и 20 — XVI столетия. Для пошива хорошего костюма, — поясняет Наталья, — нужно обращаться к первоисточникам: к полотнам, сохранившимся вещам, к уцелевшим старинным выкройкам. В меньшей степени мы обращаемся к фильмам — не хочется повторять чужие ошибки.

Фото Сергея Наконечного Фото Сергея Наконечного

Швейное образование есть лишь у руководителя студии, девушки, занятые в коллективе, шьют костюмы вместе с ним. Важно иметь усидчивость, внимательность и немного таланта. «Джойс Санс» не имеет никакой посторонней финансовой поддержки, подрабатывают тем, что шьют костюмы на заказ и проводят старинные балы. Один наряд создается около двух-трех недель (в зависимости от загруженности студии) и стоит от 3000–3500 грн. В последнее время такие костюмы становятся все более востребованными — рассказывают участники студии. В частности, заказчиками становятся организаторы и участники исторического движения и фестивалей, участники старинных балов, а недавно даже заказали несколько свадебных платьев в старинном стиле.

Фото Сергея Наконечного Фото Сергея Наконечного

Такая музыкально-танцевальная инициация — редкость для Киева — современному потребителю гамбургеров, пепси-колы и поп-культуры, надо сказать, мало интересно слушать барочную музыку в сопровождении старинных танцев.

Фото Сергея Наконечного Фото Сергея Наконечного

Фото Сергея Наконечного Фото Сергея Наконечного

Фото Сергея Наконечного Фото Сергея Наконечного
Фото Сергея Наконечного Фото Сергея Наконечного
Фото Сергея Наконечного Фото Сергея Наконечного


Другие статьи из этого раздела
  • Кто здесь маньяк?

    В пьесе немецкоязычного автора Лукаса Берфуса «Сексуальные неврозы наших родителей» остро поставлен вопрос двойной морали общества. Это и странный, и магнетический текст о девочке Доре, болезнь которой подавляли таблетками, а потом прекратили и удивились тому, как быстро она схватывает на лету пороки современного мира.
  • Чехов Митницкого: трагедия личности

    С каким бы оправданным уважением мы бы не относились к классике, надо признать, что и она устаревает и перестает с нами, современниками, говорить. В чеховских текстах есть нечто не столько устаревшее, сколько диссонирующее с нашим временем, с нами, с нашим ритмом. Меланхолия, мечтательность, неопределенность и медлительность начала 20 века,  — все это не свойственно нашему миру, мы люди другого мирочувствования, мировоззрения и ритма.
  • Непарикмахерский сюжет

    Дмитрий Левицкий выбрал стиль Девида Линча: говоря о человечности, он показывает поведение человека с психотравмой. Нормальное восприятие и реакцию он раскрывает через шизофреническое отсутствие, расщепление эмоции у героев.
  • «Моби Дик»: картина в действии

    Герман Мелвилл на харьковской сцене
  • Андрей Жолдак: «Жизнь с Идиотом»

    Андрей Жолдак как творец оказался в довольно странном положении. Массовый украинский зритель не настолько искушен в современном искусстве, чтобы принимать или отвергать его замыслы вследствие утонченного и разборчивого вкуса, а посему он, либо в преувеличенном восторге по невежеству, либо в преувеличенном гневе — тоже по невежеству.

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?