Право уйти31 марта 2017

 

Текст Ирины Бойко

Фото Валентина Ландар

В начале марта на камерной сцене Национального академического драматического театра им. И. Франка состоялась премьера спектакля «Путешествие Алисы в Швейцарию» (режиссер – Станислав Моисеев) по одноименной пьесе одного из известнейших современных немецкоязычных драматургов – Лукаса Берфуса (Lukas Bärfuss). Хотя, название пьесы апеллирует к «Алисе» Льюиса Кэррола, здесь героиню не ожидает встреча с вечно спешащим Белым Кроликом, игра в крокет или чаепитие в компании Безумного Шляпника. Алисе Берфуса предстоит совершить путешествие только в один конец, и цель у которого не что-нибудь, а эвтаназия.

В центре сюжета – молодая девушка Алиса Галло (Татьяна Михина), которая на протяжении многих лет ведет борьбу с неизлечимой болезнью, вернее борьбы то никакой и нет, героиня скорее находится в рабстве своего недуга (чем именно болеет девушка и болеет ли – ни в пьесе, ни в спектакле не обозначено). Ее жизнь лишена смысла: Алиса никуда не выходит, предпочитает ни с кем не общаться и ровным счетом не делает ничего, разве что только раз в пару недель совершает очередную попытку покончить с собой. Заложницей этой ситуации оказывается ее мать Лотта (Людмила Смородина), посвятившая всю свою жизнь дочери. Женщина самоотверженно любит ребенка, и всеми силами пытается его спасти, но боясь открыть истинные эмоции, прячется за быт и обыденные разговоры.

Дабы одним махом избавить и себя и свою мать от сложившейся ситуации, Алиса решает обратиться к некому швейцарскому доктору Густову Штрому (Сергей Калантай), занимающемуся сопровождением людей к смерти, а именно – эвтаназией.

Сергей Калантай Сергей Калантай

Станислав Моисеев формирует целый ряд смысловых пластов, придавая постановке полифонное звучание. Он концентрирует свое внимание на вопросе высшей свободы выбора человека: жить или умереть. Является ли эвтаназия актом гуманизма? Имеет ли право медицина убивать? И может ли смертельно больной человек сам решать, когда ему уйти из жизни? Здесь появляется занимательный акцент: а если дело совершенно не в смертельной болезни, а в утрате смысла жизни, потере вертикали, системы координат и цели существование? Ведь у Алисы, помним, никому не известная «болезнь». Потому, кажется, в спектакле «Путешествие Алисы в Швейцарию» героиня ищет не смерть, а смысл оставаться живой. И находит его в любви к доктору Густаву Штрому.

Татьяна Михина Татьяна Михина

В пьесе рассказывают буквально о женщине, поддавшейся «стокгольмскому синдрому», влечению жертвы к палачу. В спектакле же – о влюбленной, готовой наполнить этим чувством все свое существование. Но «Доктор Смерть» в исполнении Сергея Калантая достаточно агрессивен, он заявляет о своем высшем предназначении сопровождать человека к смерти с неистовой настойчивостью, будто бы древний Харон, переправляющий души умерших, наслаждается своим священным долгом. Будто бы это и есть его собственный вексель гарантии счастья. Даже его влечение к Алисе-женщине ничего не меняет в его отношении к Алисе-пациентке.

Героиня Татьяны Михиной, облаченная в пестрое платье, приходит к доктору получить смертельную дозу снотворного. И нет в этой женщине ничего общего с тем разбитым, бледным приведением, коим она была до встречи с Густавом. И, наверное, никакой эвтаназии и не потребовалось бы, будь доктор более внимателен к ней и сам к себе. А Лотта, в исполнении Людмилы Смородины, утратив смысл существования – свою дочь – и сама подумывает о кончине. Она также как и Алиса, обращается к Штрому, но, не имея болезни – билета в иной мир, она остается со своей болью совершенно одна.

Молоденькая ассистентка Густава – Ева (Светлана Косолапова), увлеченная личностью доктора, вызывается помогать ему в исполнении его важнейшей миссии. Однако осознав, что отправив на тот свет абсолютно здорового человека, она становится соучастницей убийства, – бросает доктора и уходит в сестры милосердия.

Сергей Калантай и Светлана Косолапова Сергей Калантай и Светлана Косолапова

Другой пациент доктора – старик Джон (Александр Логинов) все еще взвешивает «за» и «против». Он то решается на добровольный уход, то снова находит вескую причину для отсрочки. Он явно ищет в Густаве понимающего собеседника – в этих поездках наполненность и события его жизни. Жизни, которой по естественным причинам, ему не так много и осталось прожить.

Режиссер спектакля, главное – не спекулирует на чувствах зрителей, а апеллирует к мышлению смотрящих. Его спектакль – интеллектуальная провокация, где нет однозначных ответов. В финале остаются только поставленные вопросы, решение которым каждый волен найти сам. Станислав Моиссев имеет смелость работать «чистыми красками», не прячась за формальными приемами и замысловатостью, которые бы, безусловно, смягчили восприятие темы. Он идет по другому пути – обострению. Точность разработки характера, мотивация и аргументация каждого действия, психологическая достоверность – вот модель существования, которую выбрали для спектакля. Сценографическое оформление Екатерины Маркуш по-немецки лаконично, сдержано и многофункционально. На планшете сцены лишь два стеклянных бокса, да пара-тройка элементов меблировки, и это все. Режиссер исключает любую возможность завуалировать, приукрасить или разукрасить тему. Он не использует каких-либо «заманух» для зрителя, а заставляет думать, делая акцент на самой сути проблемы. Круг вопросов очерченных в постановке «Путешествие Алисы в Швейцарию» выходит далеко за пределы морально-этического аспекта медицинской процедуры. Нам предлагается разговор о потери главного смысла в жизни и праве человека «уйти по собственному желанию», раз лейтмотив и цель существования не определенны. Вступать в дискуссию или нет, и какую позицию в ней занять – выбирать только зрителю.


Другие статьи из этого раздела
  • Цнотливий апельсин

    В Українському культурному просторі надміру перебродивший роман Берджеса «Механічний апельсин» отримав своє сценічне вираження в постановці молодого режисера Максима Голенка на сцені Свободного театру. Першоваріант цієї постановки був показаний ще в НАУКМА, в більш адекватній для нього камерній обстановці. Тепер же спектакль є репертуарним у Свободному театрі, і побачити його можна двічі на місяць на Межигірській, 2
  • ГогольFest: ожидаемое

    Конец апреля — преддверие большого праздника, во всяком случае, праздника культуры. ГогольFest, бывший до недавнего времени под угрозой срыва, из-за начавшихся робот по реконструкции Арсенала, перешел со стадии организационного планирования в стадию активной подготовки. Работники загружены: пространство Арсенала подготавливается к вмещению разных видов искусств. Идейный инициатор Влад Троицкий назвал свое детище «культурным моллом», где, как в огромном супермаркете, можно найти все: литературу, музыку, театр, изобразительное искусство и даже другие фестивали (в рамках Гогольфеста пройдут дни анимационного «Крока», киношной «Молодости», Джаз-Коктебеля и т.д.).
  • Кропивницкий хайпанул

    Чотири театрознавчі замальовки з нового національного фестивалю
  • Возраст музыкального Барокко. Киев. Июль.

    16 июля небольшой захолустный дворик Киево-Печерской Лавры был заполнен музыкой и людьми — под открытым небом был дан концерт барочной музыки и танца. Инициаторы проекта — музыкальный коллектив «Киев-Барокко» при поддержке студии старинного танца «Джойссанс»
  • Парад румунського театру: Національний театральний фестиваль в Бухаресті

    Кістяк театрального фестивалю в Бухаресті — найголовнішої театральної події року в країні — складався із набору вистав за класикою, поруч із якими виборювала собі місце молода румунська альтернатива. Окрім насиченої театральної програми, фестиваль мав також теоретичну частину, де можна було послухати лекції відомого американського режисера та теоретика театру Річарда Шехнера, відвідати презентації книжкових новинок на театральну тематику за останній рік, а також переглянути документальні фільми про Гротовського, Сару Кейн та інших театральних метрів

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?