Бойкая торговля лицами05 июня 2013
Текст Жени Олейник
Фото Жени Перуцкой
На «Вільній сцені» Киевского театра драмы и комедии на Левом берегу состоялась премьера спектакля «Урод» по пьесе современного немецкого драматурга Мариуса фон Майенбурга в постановке молодого режиссера Валентины Сотниченко.
«Урод» — сатирическая пьеса об утрате идентичности. На украинской сцене она появляется не впервые — пару лет назад ее уже ставил «Дах». Тем не менее, учитывая текущие трансформации в социуме, актуальность «Урода» со временем, кажется, только возрастает.
Мариус фон Майенбург — знатный «проктолог» человеческих душ. В центре его пьес — отчаявшиеся, разбитые, порядочно изъеденные неврозами люди. «Урода» критики сравнивают с «Носорогом» Эжена Ионеско, но если последний говорит, прежде всего, о человеческой серости, то пьеса фон Майенбурга скорее о том, как в современном обществе, где идет постоянная борьба за свет софитов, понятие личности вытесняется в принципе.
Летте (Владислав Писаренко), главный герой пьесы «Урод» — талантливый инженер, он изобрел чудо-штекер, призванный стократно улучшить жизнь человечества, и о своей разработке готов говорить вечно. Но вещать о штекере на конференцию отправляют не его, а смазливого ассистента (виталий Ажнов). Летте в недоумении, и шеф (Александр Соколов) снисходительно объясняет: да вы же, батенька, урод. Всех клиентов распугаете.
Недоумевая еще больше, Летте возвращается домой и рассказывает все жене (Вероника Литкевич). Выясняется, что и жена вот уже столько лет смотрит ему исключительно в левый глаз, потому что от вида его лица целиком ее передергивает от отвращения. Отчаявшись, герой решается на операцию. Хирург, закатав рукава, кромсает Летте злополучное лицо, а когда бинты снимают, оказывается, что на месте урода образовался неземной красавец.
С этого момента жизнь налаживается, деньги — рекой, женщин — очередь (и жена, к слову, в этой очереди далеко не первая), и все идет неплохо до тех пор, пора предприимчивый хирург не начинает штамповать лицо Летте всем желающим.
Практически весь спектакль выстроен на диалогах. Его особенность в том, что в нем задействованы четыре актера, и у всех — кроме Летте — по две роли. Благодаря этому, а также тому, что декораций как таковых нет, сцены как будто выныривают одна из другой.
В целом постановку можно было бы назвать удачной, если бы не ощущение краткого пересказа. Пьеса «Урод» — об идентичности и праве на нее, о том, что в современном мире красота — синоним богатства и влиятельности, а прекрасные лица оказываются на поверку копиями копий. «Я люблю себя», — произносит Летте (Летте ли?), но никто из героев пьесы на самом деле не любит себя, съедаемы параноидальным страхом старости или одиночества, они готовы править, резать и латать себя вечно, лишь бы не оказаться в аутсайдерах. Однако донести эту идею в полном объеме режиссеру не удалось.
Пьеса фон Майенбурга — о саморазрушении и психозе. Именно этого и не хватало в постановке. Актеры неплохо справились со своим «раздвоением личности» — как это ни парадоксально, все, кроме Летте. Его задача была посложнее, чем жонглирование персонажами — ему предстояло сыграть человека, который обретает новую оболочку и утрачивает суть, а если точнее — продает сам себя за бесценок. В постановке же Летте переживает резкий взлет самомнения, но не более того.
В конце концов, то, что по задумке должно было оставить зрителя в состоянии дискомфорта с самим собой, дарует ему своеобразную индульгенцию от внутренних переживаний. «Раз мы красивы и богаты, так почему бы нам всем не отправится в постель?» — вопрошает главная героиня, как бы намекая, что произошедшие с героем перемены необратимы, и драма именно в этом. Однако спектакль получился куда ближе к комедии, чем к трагедии, а поэтому и правда, думает зритель, к черту идентичность. Почему бы и нет.
