Жертвуя Турандот 13 сентября 2011

Текст Марыси Никитюк

Фото Андрея Божка

Самым удачным и неоднозначным спектаклем польской программы в Киеве оказался кровавый опус, воспевающий красоту зла. — «Турандот» neTTeatre, режиссер Павел Пассини

«Турандот» — злая полуоперная сказка о Джакомо Пуччини и о его последних днях жизни. Дории Манфреди — это имя шепчет закадровый голос, приятным немного насмешливым тоном, придающий этой странной истории целостность. Менфреди была служанкой композитора, которую жена Пуччини Эльвира обвинила в любовной связи с ее мужем и преследовала, пока та не покончила жить самоубийством. Этот факт из биографии композитора был сопоставлен авторами спектакля с тем, что в предсмертную оперу «Турандот» Маэстро ввел служанку принца Калафа Лю, и большая часть оперы сконцентрировалась на ней, а не на кровавой китайской принцессе, загадывающей принцам (желающим взять ее в жены) по три загадки.

В спектакле Пассини действие происходит то в Италии, то в Китае, находящемся исключительно в воображении Пуччини, который в муках пишет оперу и готовится к смерти. Выдуманный и реальный мир тесно переплетаются в чарующую страшную сказку, где прекрасную Турандот отождествляют с женой Пуччини, принца — с ним, а Лю — с загнанной и затравленной Дории Манфреди.

Здесь присутствуют все атрибуты декаданса: двухметровый гермафродит, экзотическая китайская стилистика, пытки, кровь и мысли о смерти. Собственно, весь спектакль о смерти, о смерти невинного создания и о смерти гения… под знаком кровавой Турандот, жаждущая поклонения и жертвоприношений.

Отряды верноподданных представлены в спектакле легионами голых Барби, нанизанных на длинные шесты, словно на шампура. Они — женщины-убийцы — легион Турандот, тщательно стерегущих своих мужчин и регулярность их жертвоприношений. Им в противовес — бедная Дории, испугано сидящая под столом, готовая принести себя в жертву любимому.

Пуччини… Его мучила совесть, он испытывал муки творчества… Он был одним из самых богатых и известных людей своего времени и умирал… На сцене было создано прекрасное и завораживающее представление о нем. «Турандот» — несовершенна, рвана в ритме, но это очень красивый, мрачный и яркий спектакль. Секрет его успеха — атмосфера декаданса, черный юмор и захватывающее уродство, присуще бродячему цирку бородатых женщин, гермафродитов и девочек-лангуст.


Другие статьи из этого раздела
  • «Эдип»: печальная стая

    Работать с таким материалом, как древнегреческая трагедия, чрезвычайно сложно в современных условиях: пафос высокой трагедии напоминает о былом величии греческого театра, но имеет мало общего со зрителем двадцать первого века, диссонируя с ним, и оставляя его по большому счету равнодушным. Владу Троицкому удалось сделать из практически неодушевленного для современности материала шепчущую драму живой боли
  • Понавісять медалі, кричатимуть: «Слава!»

    В «Зототих воротах» відбулася гучна прем’єра про війну, яка ніколи не закінчується
  • Эхо Промзоны

    На ГогольФесте идеолог и организатор фестиваля Влад Троицкий показал кроме уже существующих в условиях театра «ДАХ»«Эдипа. Собачья будка» и  «Короля Лира», новую постановку-эскиз «Школа не театрального искусства». Ею он продемонстрировал грамотное обхождение с пространством промзоны и тонкое кураторство, благодаря которому удалось связать воедино этюды актеров. На повестку дня Троицкий вместе с  «ДАХом» вынес главный вопрос. — О Театре. О театре как об искусстве, о театре как о жизни и жизненном пути
  • «Механічна симфонія»

    «Механічна симфонія» — це майстерня, завод із виготовлення незвичної, але оригінальної музики, в якій какофонія сучасності зливається із гармонією Всесвіту. Її творять всі присутні — класичні музиканти, інженери, машини і навіть глядачі. Прийшовши на черговий концерт, публіка сподівається просто відпочити, розважитись, послухавши музику, яку для неї виконуватимуть. Але несподівано для самих себе глядачі опиняються на сцені, стають персонажами власної вистави, творцями власної симфонії.
  • Игровая «Красивая птица»

    О постановке «Чайки» Олега Липцына

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?