Волчье танго. Дети-дикари^{25 мая 2008}

Текст Марыси Никитюк

Фото Евгения Рахно

Явление. О физическом театре* в Киеве слышали. В основном, о нем знают в кругу неокрепшего отечественного контемпорари-дэнс, так как физический театр тяготеет больше к танцевальным практикам. С учетом предельной неосведомленности публики любая подобная информация (которую воочию сложно проверить) сродни оккультным знаниям. В мае киевляне, вовремя купившие билеты на легендарное DEREVO, могли сами увидеть, что это такое.

Постановки в эстетике Физичиского театра могут быть крайне натуралистичными

Корни DEREVO. Театр DEREVO существует около 20 лет, был основан легендарным танцором Антоном Адасинским, чей путь к физическому театру начался сотрудничеством с не менее легендарным «клоуном», создателем фигуры «Асясяй» Вячеславом Полуниным. Корни DEREVO в Питере, здесь на свободных началах была организована первая труппа театра. После перестройки, в 90-х, мощная карнавальная энергия разрушения, питавшая творцов на постсоветском пространстве иссякла — DEREVO пришлось уехать. Театр некоторое время странствовал, пока не обрел второй дом — большую студию в Дрездене.

Язык театра. Основная художественная задача DEREVO — передать телом любую сущность, любую эмоцию. Техника театра основана на танце «Буто», различных видах пантомимы, на клоунаде, акробатике, балетной технике и танцах народов мира. Вбирая мировой танцевальный опыт, DEREVO обрело свой собственный язык, и у себя на родине воспринималось как чудо и откровение.

Начало второй части «Волчьего танго»: танцоры лежат аккуратно вряд, подымаясь из бетона

Правила жизни. За годы практики выработались не только техники, но и собственные правила, диктующие взаимоотношения внутри группы и с внешним миром: не лезть в личную жизнь друг друга, попусту не говорить, телевизор не смотреть, газеты не читать, радио не слушать. DEREVO является не только творческим коллективом, но и своеобразной духовной школой, путем познания себя, творчества и других реальностей.

Импровизируя и любя. В мае DEREVO должно было показать в Киеве спектакль «Кетцаль» — апокалиптическое зрелище на основе ацтекских мифов, а также импровизационную программу в рамках ГогольFest. Но сложилось так, что «Кетцаль» — одно из значений названия — «чудо-птичка с красивыми пестрым оперением» — до Украины не долетел. Но не менее интересная импровизационная программа была показана в Арсенале, и вызвала у зрителей массу позитивных эмоций. DEREVO, перемещаясь по миру, нередко создает подобные импровизации: используя возможности места, играя с ним, около десяти танцоров устраивают друг другу свидания на неизвестных территориях, влюбляя эти территории в себя.

«ВОЛЧЬЕ ТАНГО»

Волки, люди, оборотни? Актеры сверкают белыми линзами с узкими звериными зрачками из-под испачканных белой краской преимущественно бритых лбов. В примитивных физических импульсах танцоры разбредаются по коридору в Арсенале в плотном кругу зрителей, кто-то двигает колонны, кто-то, найдя палку, с ней идет, подкашивая ноги паралитика.

Девочка-волчица

Чудное название «Волчье танго» является просто чудным названием, ведь в эстетике физического театра любые звериные названия будут уместны.

Спектакль состоял из двух частей: в красном огненном свете и в белом холодном сумраке. Эти опорные точки — почти единственное, что было зафиксировано в постановке, а между — свободная импровизация. «ДРЕВЕСНЫЕ» оборотни среди мусора, собранного на заднем дворе Арсенала, разжигали костры, прыгали через них, гасили их, представляя неких постапокалиптических людей на руинах прежних городов. А в воздухе огромного коридора плавно парили черные бабочки — пепел сгоревших костров.

Три костра запылали в Арсенале, чтобы родить черных бабочек

Было смешно и захватывающе наблюдать жизнь этих простых, чистых, по-эдемски наивных, но одновременно физиологически грубых, олигофреничных персонажей. Возможно, кто-то ждал привычного сюжета, или поля для интеллектуальных упражнений, но нет, — это чистая беспредметная радость — эмоции. В дыму в красных тонах бегают, покрикивая, нимфы, срывая цветы с колонн Арсенала, оголяя их неприкрытую серь, их бетонные тела. Каждый из танцоров глубоко в своем мире, транслирует зрителю свою эмоцию, бегая по кругу.

Испуганные нимфы носятся по кругу

Потом был чудесный белый танец с топорами, лирика которого вызвала улыбку и ностальгию.

Во второй части в холодном белом свете потерянные люди говорят несвязные слова, сбиваются тесно в круг, разбредаются — воплощая идею самопоглощающего одиночества. Грязные, даже рельефные актеры — к их лицам и телам приклеился мусор, словно ракушки, водоросли, кораллы к морским чудовищам — в конце красят руки. Кто в красный, кто в фиолетовый и зеленый цвет — дети-дикари.

Думается, шероховатому пространству Арсенала эта постановка должна быть самой родной, поскольку родилась в его чреве, зачатая непосредственно его вибрациями в стенаниях сырых колонн, под музыку Игоря Тимофеева. Он, как истинный шаман, отбивал демиургический ритм хаоса посреди ритуальной беготни диких детей.

Антон Адасинский — лесной человек из глины

Прекрасными могут быть как порхающие танцоры, так и распадющиеся на части биомасcы

«Белый танец» с топорами

В самом театре DEREVO по большей мере молчат. А если есть что сказать — танцуют

«Волчье танго» было показано 9 мая 2008 года в Киеве, в «Арсенале«, в рамках ГогольFest

*Физический театр — направление в зрелищных видах искусств, в котором раскрытие темы, сюжета, передача эмоций осуществляется посредством тела актера, крайней физиологичности его движений. Постановки физического театра включают: пантомиму, клоунаду, акробатику, игру с предметным миром, техники контемпорари танца. Натуралистичная эстетика этого направления противоположна возвышенной эстетике балета.

Каждое движение в физическом театре является первоначальным и самодостаточным «иероглифом», в котором прослеживаются принципы драматического построения.

Проявлений физического театра может быть много и разных, поскольку первоначальный «голос тела», физический импульс, чья правда в этой технике неоспорима, может быть смешан с множеством танцевальных техник и практик в различных пропорциях. Каждый театр в этой эстетике волен найти свой собственный язык передачи смыслов.

На формирование физического театра оказал воздействие театр танца ХХ века (Мейерхольд, Гротовский, Брехт). Татцуми Хиджиката в 50-х годах основал «темный танец „Буто“ (где первоначальными отличительными чертами был белый грим, бритоголовые танцоры и некрасивая танцевальная эстетика вышедшая из традиционных театров Японии Но и Кабуки). Его постановки нередко основывались на произведениях Юкио Месимы. И хоть долгое время в самой Японии „Буто“ считался маргинальной техникой, в Европе он имел ощутимое влияние на становление современного пластического языка и физического театра. Этьен Декруа, создавший предметную пантомиму, тоже числится в предтечах этого направления.

Информационный источник: Википедия