Об интернете с любовью05 июля 2009

Текст Марыси Никитюк

Фото Андрея Божка

Авторы: Юрий Рычков, Олеся Фоменкова и ТК 14
Модератор: Юрий Рычков
Дизайн сцены, продюсер: Олеся Фоменкова
Режиссер видеоряда: Патриция Кузнецова
Звукорежиссер: Богдан Рыбачок
Жанр: виртуальная драма

Мы и не заметили, как стали жить в мире, где нужно быть включенным в сеть, быть он-лайн, проверять драгоценный е-мейл через мобильный в метро или на автобусной станции. В мире, вся информация о котором легко поместилась в справочниках Гугла и Википедии. И, оказалось, что именно информация — и есть Мир, и очень легко потерять мотив ее получения, когда с каждой новой ссылкой — все больше знаков и все меньше человеческого тепла.

Именно об этом говорится в спектакле новой театральной группы 14I seek u («Я ищу тебя»), созвучном с самой известной системой интернет-коммуникаторов ICQ.

С тех пор как реальность интернета стала понемногу подменять саму реальность, искусство охотно пытается вовлечь интернет-пространство в свою систему координат: будь то литературные, кино или театральные миры. «Одиночество в сети» Януша Вишневского, «Матрица» братьев Вачовски, «Лейн» — культовая анимешка о Нете — только вершина айсберга, в глубине которого затеряны мириады повествований о психоделических хакерах, виртуальных мирах, боге в сети и законах миропорядка. Но тема интернета слишком обширна, в ее контексте — миллионы подтем, обобщение которых, как правило, сводится к противопоставлению реальной жизни и интернет-зависимости.

Театр как синтетический вид искусства сам чем-то напоминает интернет, он почти в такой же степени резиновый: вбирает в себя новые технологии, идеи, открытия. В коробку сцены может поместиться и аэропорт, и интернет, и кинематограф, сцена может превратиться в длинные сырые катакомбы, в которых блуждающий зритель встретит и моджахеда, обращающегося через монитор с угрозами, и почтальона на приваренном велосипеде, и симфонический оркестр, притаившийся в черной яме, и многое другое. В 2003 году был такой еврейский проект Medea-exe, в котором он-лайн активность пользователей отражалась на белых полотнах экранов, расположенных вокруг зрителей. В современную драматургию прочно вошли персонажи Инета.

В Украине, однако, к этой теме подходят осторожно, то ли в силу отсутствия качественной драматургии, то ли в силу боязни режиссеров браться за новейшую проблематику. Спектакль или, скорее, театральный медиа-проект, созданный Юрием Рычковым, будет больше понятен интернет-пользователям, нежели театральной публике. Это еще очень сырое, но уже достаточно смелое начинание. Зрелище состоит из трех, переплетенных между собой характерных для интернета сюжетных линий и нетактично вклинивающегося во все повествование бота-спамера. К сожалению, с драматической точки зрения сюжетные узлы получились слабыми и надуманными, хоть и взяты почти целиком из интернет-паутины. Но это ведь не секрет, что реальная жизнь выглядит неправдоподобно и даже надумано, когда ее копируют, не обобщая и художественно не обрабатывая. Реальность, а тем более интернет-реальность, без серьезного эстетического переосмысления выглядит ненатурально.

Основной идеей постановки является поиск взаимопонимания. Первая линия повествует о двух людях, нашедших любовь на сайте знакомств. Он — в Киеве, она — в Марселе, в итоге их встречи — разочарование, еще более усугубившее обоюдное одиночество. Второй сюжет рассказывает об одинокой закомплексованной девушке, пытающейся придумать себе виртуального двойника. Она ищет любви и славы, а находит порнофотографа. Третья история о бизнесмене и мальчике-гее — единственная линия, сулящая теплое человеческое взаимопонимание, но однополая любовь обрывается убийством малыша в день запланированной развиртуализации.

Имитируя Инет-общение, актеры замирают в выразительных настроенческих позах, а на заднике сцены проецируются диалоги, взятые из сети. Но, поскольку понимание пантомимы у актеров далеко от совершенного, суть виртуального диалога сводится к неловкому воспроизведению немого кино. Основной замысел был воплощен крайне наивно даже для медиа-проекта, не говоря о театральных амбициях, очевидно, что до качественного продукта спектакль не дотянул, остановившись на уровне неплохого дипломного спектакля.

При всей своей ярчайшей современности — Инет-реальность, типажи, сленг, проблематика — спектакль выглядит игрушечным, ненастоящим, пластмассовым. Чтобы стать подлинной реальностью, ему не хватает художественности, образности, переосмысления, хорошей игры актеров.

Сегодня, к сожалению, украинский театр полностью игнорирует молодежную аудиторию, с каждым днем все дальше отдаляясь от стильного качественного современного арта, оперирующего и комиксной культурой, и медиа-находками, и возможностями перформанса. Молодой театральной группе 14 нужно еще много работать, не отчаиваясь неизбежными в период роста и взросления неудачами. И при условии качественной работы они смогут успешно занять абсолютно пустующую нишу молодежного театра.


Другие статьи из этого раздела
  • Игры Олигархов: Двойной прицел

    Политику и меценату Александру Прогнимаку пока высказываться — рано, ибо его совместное с режиссером Виталием Малаховым творение «Игры олигархов» — чудовищная помесь КВН-шаржей на тему отечественного телевидения, политической рекламы и бородатых анекдотов. И, что хуже всего, шарж поверхностный, неглубокий и достойный в свою очередь шаржей на самое себя
  • 50-ый Дядя Ваня

    Пять лет назад в Киеве состоялось редкое для нашей столицы театральное совпадение. Два киевских режиссера, худруки двух муниципальных театров, В. Малахов и Ст. Моисеев поставили в одном сезоне пьесу А. Чехова — «Дядя Ваня». Театральная общественность резко поделилась по линии гуманистического передела: Чехов человечный, сопереживающий и сожалеющий и Чехов саркастичный, едкий и обличающий. Одни были в восторге от малаховского просветленного, обнадеживающего, вселяющего веру «Дяди Вани», другим больше по вкусу пришелся мрачный, беспросветный вариант Моисеева.
  • Театр і революція. творчість познанських «вісімок»

    У Польщі Театр Восьмого Дня вже став класичним, пройшовши довгий шлях від студентського театру поезії до театру європейського рівня. «Вісімки» спробували вдосталь різноманітних технік та напрямків (включно із методою містеріального театру Гротовського) до того, як зрозуміли, що саме вони прагнуть доносити людям. Цей театр можна назвати послідовником театру Ервіна Піскатора та в дечому навіть Мейєрхольда.
  • Золотий вішак: хореографія

    В Totem Dance School показали прем'єру Ярослава Кайнара на актуальну тему
  • Таргани, діти та інші звірі

    Британська театральна компанія 1927 показала у Києві трагікомедію про революцію, що не відбувається

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?