Самый настоящий Мартин^{28 декабря 2008}

Марыся Никитюк

Пьесы Мартина МакДонаха можно прочитать в рубрике «Библиотека»

Смотрела в записи спектакль по пьесе МакДонаха пермского театра «У моста — Череп из Коннемары» в режиссуре Федотова, который, кстати, первым завез МакДонаха в Россию. Сегодня МакДонаха все обожают: короткометражка «Шестизарядник» получила Оскара, с его текстами носятся Европа, Америка и Россия, возникают театральные очаги МакДонофильства, тексты его читает с удовольствием даже массовый читатель, а не только режиссеры и завлиты, а последний фильм «В Брюгге», вышедший на экраны в январе этого года, стал культовым…

И я вот сама попала под очарование этого автора, прочитав однажды «Человека-Подушку». Что его выделяет из обоймы современных авторов-режиссеров? А он и режиссер, потому что «В Брюгге» — целиком его фильм. МакДонах, похоже, вышел из вялого постмодерна, или, по крайней мере, к выходу направился. Его пьесы, несмотря на невероятное количество аллюзий, являются демиургичными по отношению к себе. Они не обращены к вторичным источникам, не содержат рецитации, МакДонах не щеголяет знанием классической, древней, эзотерической или современной литературы, не дописывает Чехова, не трогает Шекспира (честь и хвала ему за это), не выделывает компилятивные финты вроде Пелевина и прочих, паразитирующих на теле литературного фонда Земли методами семиотики. МакДонаховские пьесы — это пьесы, а не этот жутковатый гибрид психоделической прозы и диалогической несуразицы, который с гордостью везде тычет Гете-Институт, говоря, что вот режиссеры драматургов игнорировали, а теперь драматурги игнорируют режиссеров и пишут, обходя законы драмы. Так и хочется сказать: ребят, закон у драмы один — конфликт обязателен. И когда его нет, или он размазан по тарелке постмодернистскими рефлексиями, то это никак не новое веянье, и нечего юлить и прикрываться философским обоснованием.

И еще, и это почти главное о МакДонахе — он любит своих героев. Они все похожи на запутавшихся, растерявшихся детей, у которых вместо игрушек пистолеты и топоры. А ведь правда, нет в человеке абсолютного зла, каждый отдельно взятый человек хочет добра, но мир так устроен, что достичь добра практически невозможно. Так рождается мелочное зло всех в борьбе за благость каждого. Это только у Шекспира и у декадентов зло всеобъемлюще прекрасно, первый создавал свои трагедии из безжизненных Британских хроник кровавого средневековья, а вторые просто мстили миру. Кстати, мстили за то же мелкокалиберное зло, за слабость души, которую в абсолют зла и переплавляли.

МакДонах эту мелочь души человека выводит в сферу черного юмора, мелкое зло не является у него предметом конфликта, оно — данность. А на первый план выходят очень странные, но теплые порывы человеческой души, отвергнутые современным миром как не пригодные для жизни.

Он своих персонажей любит, и Федотов режиссер спектакля в театре «У моста» их тоже любит, в этом он по максимуму правильно понял драматурга, что прекрасно. «Жизнь не справедлива» — говорит пожилой гробовщик Ник в конце «Черепа из Коннемары». А ему с проломленной башкой отвечает малолетний придурок Мартин: «Нет, Ник, справедлива, и я ее люблю» …

Пьесы Мартина лежат вне нормативности, но зато содержат свою норму, принятую или переросшую в собственную мораль, чернушную, но теплую, гуманистическую что ли. В мире искусства сегодня отвергают гуманистические ценности, предпочитая мелкий бунт насилия, секса и чернухи, полагая, вероятно, что именно так следует протестовать против заезженной морали. Любить человека или любить красоту нынче не принято. Но дело не только в морали, гуманизме и нормах, дело, прежде всего, в подлинности. Будь это «Кровавый роман» чеха Ваххела или кроваво-анатомичные спектакли Кастелуччи, добрейший «Маленький принц» Сент-Экзюпери или «Мой друг Гитлер» Юкио Мисимы — все это подлинное, а потому и прекрасное. И Мартин МакДонах прекрасен, потому что он настоящий.

Загрузите флеш-плеер.

«Оскароносная короткометражка МакДонаха „Шестизарядник“