Буто. Истоки «танца тьмы»^{18 апреля 2012}

Марыся Никитюк

Танец Буто родился в Японии на руинах Второй мировой войны, в пыли ядерного взрыва, и на пересечении работы двух разных, но одинаково ярких личностей — Хиджикаты Татцуми и Кацу Оно. — Демона и Святого, по словам известного исследователя Буто Марка Холборна.

То, что в последствии обретет лаконичное название «буто», впервые было показано на фестивале современного танца в 1959-м году. Это был вызывающий танец по мотивам гомосексуального романа Юкио Мисимы «Запретные цвета». Танец, надо сказать, немало шокировал японскую публику, привыкшую к тому времени под западным влиянием к более осторожной эстетике.

Татцуми Хиджиката

С конца 19-го столетия и вплоть до Второй мировой войны японцы во всех отраслях жизнедеятельности стремились подражать европейцам и американцам. В отличие от тяжелых религиозных танцев театра Но и простонародной стилистики театра Кабуки (на полусогнутых ногах и в белом гриме), европейский балет должен был выглядеть легким и парящим над землей. По существу, в период реставрации императорского правления японцы пытались отказаться от самих себя, и в рвении европеизации едва не были утрачены достояния традиционной культуры.

Кацу Оно

Буто как явление зарождалось в очень непростой для Японии исторический период — во время американской оккупации 50-х годов, к концу которых назрели массовые студенческие протесты. Но, несмотря на сложную политико-социальную обстановку в области искусства в это время расцветает целая плеяда выдающихся мыслителей, писателей, критиков. Это — писатели-драматурги — Кобе Абе, Юкио Мисима, танцовщики — Кацо Оно, Татцуми Хиджиката. В заряженной интеллектуальной атмосфере критик Ханада Кетеру выдвигает идею о создании нового музыкально-танцевального театра, который мог бы возродить необузданную энергию Кабуки. Эту мысль подхватывает Татцуми Хиджиката, возвращая в японский танец хтоническое мироощущение Кабуки. А его основа — кровавое и эротическое народное зрелище. Среди молодой интеллигенции в этот период как раз возрождается интерес к собственным истокам. И, таким образом, новым становится, то, что полвека подавлялось и считалось немодным и несовременным.

Уличные хэппенинги в Шимбаши Кацу Оно, Татцуми Хиджикаты и Ешито Оно. 1960 г. фото Уильяма Клейна

Другой японский критик Хиросуе Тамотсу напоминает в конце 60-х, что Кабуки считался некогда «дворцом зла», обратив искусство к темной стороне. Впрочем, это было характерно для всех мировых авангардных, контркультурных движений того времени. Повсеместно художники становились апологетами бодлеровских цветов зла, а их демоническая сущность расцветала на территории общественных табу.

На формирование мировоззрения Буто и соответственно его эстетики повлияли также немецкий экспрессионистский танец (Neu Danz), особенно хореография Мари Вигман, и литературное творчество Жана Жене, Антуана Арто.

Дополнением к этим витавшим в воздухе идеям была сама личность Хиджикаты Татцуми. Он родился в многодетной семье в трудных климатических условиях района Акита, попав в Токио, первое время вел маргинальный образ жизни, балансируя на грани дозволенного законом. И много привнес из своего личного опыта в авангардный театр ХХ ст.

Татцуми Хиджиката

Буто — это «восстание» тела, взрыв воображения плоти. Некрасивые в понимании западной культуры почти устрашающие движения, в этом танце танцор движется на полусогнутых ногах, перенеся центр тяжести вниз. И это — «освобожденный» эстетический код, заложенный в движениях танцев Кабуки. Продолжая традицию маски в японском театре, актер в Буто, облачаясь в белый грим, перевоплощается в медиума. Буто не имеет сюжета, но взамен имеет рисунок, продиктованный желанием тела двигаться так, а не иначе. Еще на заре своего развития Буто разделился на школу с жестким хореографическим руководством (Хиджиката) и на импровизационную школу исполнения (Кацу Оно). Впоследствии развитие Буто увело его от темной стороны к более мягкой идеологии. Кацу Оно, будучи христианином, ввел более светлую идейную линию в развитии и презентации нового вида искусства.

Кацу Оно

Принципы Буто стали изучаться по всему миру, его техники и философия вошли в современную хореографию. Ярким проявлением Буто является творчество группы питерского танцора Антона Адасинского — DEREVO. Почерк Буто читается также у одного из самых интересных хореографов современности — француза венгерского происхождения Жозефа Наджа, который руководит Национальным хореографическим центром в Орлеане.

Танец Буто прошел длительный путь трансформаций, превратившись сегодня в философскую хореографическую школу с восточными принципами гармонии и взаимодействия с природой.