Херсон и Театр12 марта 2009


Текст Марыси Никитюк

Фотографии любезно предоставлены херсонским Театром им. Н. Кулиша

Театр им. Кулиша. Херсон

Премьеры: «Фаворит», «Страшная месть»

Режиссер: Сергей Павлюк

Столичный и Не-столичный Театр

Театр как искусство идеологическое, публичное, затратное и респектабельное в основном развивается там, где есть достаточная концентрация людей, денег, промышленности, мыслей, идей, и, вероятно, интеллектуальных снобов, то есть ─ в городах. В особых случаях понимания театра как Пути театральные труппы и их идеологи (Ежи Гротовский, Питер Брук, Шанти) уходят из городов в поисках едва уловимых вибраций вселенной, устремляются в пустыни, туда, где в тишине отчетливее слышен голос Бога. Но если говорить о мейнстриме, то хорошему массовому театру привычнее быть в центре сверкающего мегаполиса, нежели в тишине провинции. Поэтому в Украине, в стране, где разница между столицей и периферией преступно огромна, всегда будет два театра: столичный и НЕ-столичный.

НЕ-столичный не значит плохой, просто другой: более классический, менее гибкий, далеко не экспериментальный, с преимущественно развлекательным репертуаром и несколько прямолинейной игрой актеров, зачастую с кричащими костюмами и декорациями. Из профильных ВУЗов Киева, как бы плохо они не готовили кадры, мало кто уедет в провинциальный театр. Отсутствие конкуренции не побуждает руководителей театров совершенствоваться, организовывать тренинги для актеров, приглашать специалистов для повышения квалификации. Но это не единственная причина провинциальности региональных театров. Основной ретроградной силой является публика, которая «заказывает» именно такой, ей понятный, театр, она не потерпит никаких экспериментов, никаких сложностей, никаких «столичных штучек». И, начни театр совершенствоваться, он потеряет своего зрителя, что равнозначно самоуничтожению. Поменять это положение вещей не представляется возможным, остается только признать, что есть столичный и НЕ-столичный театр.

Херсон

Театр имени Николая Кулиша ─ единственный херсонский театр, благодаря грамотному и качественному управлению здесь выпускают до 15 премьер в год и ежегодно проводят фестиваль «Мельпомена Таврическая». Два года назад в театр пришел молодой режиссер ─ Сергей Павлюк, спектакли которого сегодня качественно выделяются в репертуаре.

Сергей Павлюк Сергей Павлюк

«Страшная месть»

Постановка по одноименной повести Николая Гоголя, посвященная 200-летию писателя (2009 год объявлен ЮНЕСКО годом Н. Гоголя). Спектакль, к сожалению, не удалось выдержать в гармоничных пропорциях визуально-зрелищного и вербального театра. Явный переизбыток танцев, трюков, обрядов, их хореографическая прямолинейная «украинскость», а порой и откровенная затянутость, шли вразрез с замыслом режиссера. Первоначальный вводный диалог Гоголя (Виктор Овсиенко) и его друга Бандуриста (Андрей Кобелев) рассчитан на то, чтобы публика «вошла» в спектакль, но выглядит этот прием чрезвычайно наивно и по-детски. Текст диалога глуповат и пересыпан примитивными шутками, малоинтересен и плохо сыгран, что, безусловно, с первых шагов вредит впечатлению о спектакле.

Гоголь (в шляпе) — Виктор Овсиенко, и его друг Бандурист — Андрей Кобелев Гоголь (в шляпе) — Виктор Овсиенко, и его друг Бандурист — Андрей Кобелев

Единственным чудом постановки оказалось сценографическое решение ─ кружащаяся посреди сцены лодка. На ней ехали Данило и Катерина с казаками в синем таинственном свете тумана, на ней происходил ритуал венчания, на ней повисали персонажи, как на крестах. И эти декоративно-зрелищные фрагменты, усиленные музыкой, по-настоящему мистичны и соответствуют духу произведений Гоголя и его эстетике страха. Прекрасная находка режиссера: в конце спектакля нераскаявшиеся поколения с непроницаемыми лицами проходят по сцене в красном свете и падают в оркестровую яму, словно в преисподнюю.

Ритуально-обрядная часть спектакля красива, но затянута Ритуально-обрядная часть спектакля красива, но затянута

В целом же вместо дикой и необузданной красоты, украинского выдержанного колорита, получилось вялое представление об украинских эстетических стереотипах. Очевидно, идея режиссера заключалась в создании зрелищной мистической гоголевской сказки о гибели казаков, о вырождении, о закате славы Украины. Но как результат, «Страшная месть» ─ это не самая качественная иллюстрация Гоголя-мистического. И вполне возможно, виноват не столько режиссер, сколько сама традиция регионального театра ─ ублажать провинциального зрителя, жаждущего ярких красок и эффектных (по его мнению) трюков, танцев и забав.

Лодка — центральная игровая метафора спектакля Лодка — центральная игровая метафора спектакля

«Фаворит»

Комедия, по пьесе Гарольда Бадыкина, написана специально для Театра им. Н. Кулиша о городе Херсоне. В спектакле звучат со сцены шутки в адрес мера города В. Сальдо, понятные всем херсонским обывателям. Зал радостно хохочет, когда Потемкин, скрываясь от злостного кредитора по прозвищу Сальдо, говорит: «Ему Херсон не строить» (меру принадлежит строительная компания). Постановка почти на грани фола лавирует между вульгарностью, берущей за душу провинциального зрителя, и изящными режиссерскими ходами.

Ольга Бойцова и Сергей Кияшко прекрасно справились с ролями Екатерины Второй и Потемкина Ольга Бойцова и Сергей Кияшко прекрасно справились с ролями Екатерины Второй и Потемкина

Главные роли Екатерины Второй и Потемкина успешно играют Ольга Бойцова и Сергей Кияшко. О. Бойцова отлично держится в образе царицы, снабжая свою героиню чудным немецким акцентом. Харизма Потемкина-Кияшко ─ безгранична, он удачно балансирует между русской разудалостью и представлением о русской разудалости. В начале спектакля влюбленные, а в конце утомленные, построив Тавриду и Херсон, они в белых нарядах приходят в церковь, возведенную на деньги того самого Сальдо. Здесь все очень эффектно, включая трон Екатерины в виде огромного платья. Танцевальные па полуобнаженных дам и их кавалеров в напудренных париках намекают на царящий при дворе императрицы разврат. Не только главные, но и все второстепенные персонажи хорошо продуманы режиссером. Одним из самых ярких образов второго плана получился сын Екатерины, царевич Павел Второй. Заносчивый, обозленный, мелкий тиран, который гротескно выезжал на игрушечной лошадке, нервно покачиваясь и сося палец.

Каждый персонаж в «Фаворите» прорисован режиссером с удивительной точностью, вдохновенно. Мнимый тиран Павел Второй на игрушечном коне тому пример Каждый персонаж в «Фаворите» прорисован режиссером с удивительной точностью, вдохновенно. Мнимый тиран Павел Второй на игрушечном коне тому пример

Спектакли Сергея Павлюка проявляют очертания его будущего режиссерского почерка. Сегодня он тяготеет к психологическому и зрелищному театру, но сталкивается с отсутствием хорошей хореографии и качественной игры актеров. В его лице Херсонский театр им. Н. Кулиша, безусловно, приобрел талантливого и старательного режиссера, но, чтобы развиваться дальше, вероятно, ему нужно ориентироваться и конкурировать все же с театром Столичным.

Екатерина Вторая Екатерина Вторая


Другие статьи из этого раздела
  • Західний ГогольFest 2009: грація, пластика, магія

    В цьогорічній театральній програмі ГогольFestу нас чекають несподіванки. Доведеться відмовитись від традиційного уявлення про театр і зануритись у вир експериментів, філософії, пластики, хореографії — магії, яка, сподіваємося, подарує українському глядачу справжню естетичну насолоду.
  • Эхо Промзоны

    На ГогольФесте идеолог и организатор фестиваля Влад Троицкий показал кроме уже существующих в условиях театра «ДАХ»«Эдипа. Собачья будка» и  «Короля Лира», новую постановку-эскиз «Школа не театрального искусства». Ею он продемонстрировал грамотное обхождение с пространством промзоны и тонкое кураторство, благодаря которому удалось связать воедино этюды актеров. На повестку дня Троицкий вместе с  «ДАХом» вынес главный вопрос. — О Театре. О театре как об искусстве, о театре как о жизни и жизненном пути
  • «Не тут и не там»

    Мрачный, угарный, в какой-то мере мистический и страшный рассказ Хармса о том, как к полуголодному писателю приходит в квартиру старуха и умирает, Дмитрий Богомазов и Лариса Венедиктова поставили на двоих актеров, разложив монолог героя на внутренний диалог с собою. Никаких вспомогательных средств, никаких «костылей» из изысканных техно-медийных кибер-выдумок (свойственных спектаклям «Вільной сцены»),  — исключительно актерские данные и работа с пластикой Александра Комаренко и Игоря Швыдченко.
  • Молоді в Молодому

    ХХ століття в театральному контексті пройшло під гаслом звільнення від «гніту драматурга», від букви і духу п’єси, — це епоха остаточного формування і становлення професії режисера. У ХХІ столітті стало зрозуміло, що яким би методом, технікою чи школою не володів режисер, цього замало без якісної драматургії. І нині в світі відбувається бум драматургії, переважно штучний, спровокований нестачею постановочних текстів і режисерським запитом на нову драму. Найбільш театральні Європа і Росія конвеєром продукують драматургічні твори, що випробовуються на сцені і одразу ж зникають, не затримуючись ніде надовго
  • Алхимия «пост-»

    О спектакле «Макс Блэк, или 62 способа подпереть голову рукой» Хайнера Гёббельса, увиденном на фестивале TЕART в Минске

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?