«Эдип»: печальная стая28 сентября 2009

Текст Марыси Никитюк

Фото Ольги Закревской

Тяжеловесный, сумбурный показ сырого проекта «Эдип» Влада Троицкого, осуществленный зимой 2009-го года в галерее «Лавра» в качестве генеральной репетиции, настроил отрицательно даже самых последовательных и верных почитателей «ДАХа». И от готового продукта в общем-то уже никто ничего не ждал, — первые минуты постановки воспринимались с неизбежной настороженностью и предвкушением провала. Однако… преодолев начальную неопределенность, зритель был целиком вовлечен в действие, увлечен смелостью и неожиданностью метафор, декоративностью и силой эмоций.

Роман Ясиновский в роли Мудреца Роман Ясиновский в роли Мудреца

Работать с таким материалом, как древнегреческая трагедия, чрезвычайно сложно в современных условиях: пафос высокой трагедии напоминает о былом величии греческого театра, но имеет мало общего со зрителем двадцать первого века, диссонируя с ним, и оставляя его по большому счету равнодушным. Владу Троицкому удалось сделать из практически неодушевленного для современности материала шепчущую драму живой боли.

Основным акцентом стала смысловая замена королевских Фив на Фивы-стаю — несчастная, обделенная кучка людей, слепо идущая за Эдипом. Их силуэты в черных шинелях выхватывают из тьмы скупые на свет прожекторы — в сырых стенах Арсенала стая олицетворяет обреченность. Атмосфере упадка и фатальной предопределенности вторит музыкальное сопровождение (не считая первого десятиминутного экскурса в украинский фольклор, когда актеры вдруг пошли водить хороводы). Аскетическая мелодия в исполнении Соломии Мельник, ее скорбные плачи — прекрасное эмоциональное дополнение. Особо красивыми в постановке оказались хоры: десяток человек в один голос поют речитативом строфы-антистрофы, и отголосок аутентичного древнегреческого театра выглядят совершенно стильно и величественно.

Ванны-колыбели, которые хоть и не понятно к чему в спектакле, но выглядели эффектно. В ванне — актриса «ДАХа» Вишня Ванны-колыбели, которые хоть и не понятно к чему в спектакле, но выглядели эффектно. В ванне — актриса «ДАХа» Вишня

Дмитрий Ярошенко играет надломленного, уставшего, разбитого Эдипа: в распахнутой шинели, влача хромую ногу, он кричит на шепоте, как человек, у которого нет больше сил на крик. Татьяна Василенко в роли Иокасты — человечна и женственна, ее трагедия далека от классического древнегреческого канона, перед нами тишайшее, интимное страдание — пронзительное в своей сдержанности. В спектакле много стильных визуальных, декоративных решений, дополняющих замысел режиссера, это и подвешенные к потолку цепи, и ванные, на которых раскачиваются даховцы, скрипя в мертвой тишине сырого бетона. Сильными метафорами являются обнаженные гарпии, льнущие к мудрецу, пришедшему рассказать Эдипу правду, соблазняющие и отбрасывающие зловещие тени рока, казнь Креонта, загнанного стаей с лаем и рыком на башню.

Дмитрий Ярошенко, Эдип Дмитрий Ярошенко, Эдип

Это очень смелый и красивый спектакль, ему, конечно, не место в стенах классических театров, ему идеально подходит только родное пространство Арсенала своей мрачной готикой и запустением. Если «Эдипа» еще и покажут, то только здесь, и ближе к весне-лету, когда снова будет тепло. Безусловно, над спектаклем еще можно работать, шлифуя находки и устраняя шероховатости. Очевидно, что начальный диалог Ярошенко и Василенко инфантилен и затянут, а украинские песни и хороводы — немотивированны. Но, в общем, это лучший из больших проектов «ДАХа», где режиссеру и актерам удалось выйти на уровень высоких текстов и высоких смыслов, и это один из лучших показов ГогольFestа этого сезона.

«Эдип» в Арсенале, режиссер Владислав Троицкий «Эдип» в Арсенале, режиссер Владислав Троицкий


Другие статьи из этого раздела
  • Открытие ГогольFestа: «Противоположности красоты»

    Открытие ГогольFestа прошло людно, радостно, с чередой встреч и знакомств, походя на большую тусовку, обрамленную двумя яркими событиями — перформанс «АХЕ»«День рождение» и концентр Аквааэробики и Саши Фроловой. Да, еще выступал «ЛЮК», но это было уже слишком поздно и к театральной части никак не относилось.
  • Турне харківського Елвіса містами України

    Постановка «Червоний Елвіс» — зразок авангардного театрального мистецтва, що декларує експериментальність, шокує незвиклого до ненормативної лексики обивателя і використовує максимум засобів комунікації із глядачем
  • Лолита, два взгляда.

    На сцене Театра Драмы и Комедии на Левом берегу Днепра представили вполне весеннюю премьеру — спектакль «Лолита» в режиссерском прочтении Андрея Билоуса. И получили вполне среднюю постановку, застрявшую между иносказательностью откровенных сцен и их прямым изображением. Не порнографическая «Лолита», и не метафора из цветочных лепестков, сахарной ваты и розового кружева, а нечто среднее, убоявшееся дерзнуть и переосмыслить классический первоисточник.
  • Два в одному. «Едіп. Собача будка»

    Влад Троїцький поставив до цьогорічного Гогольфесту найсуперечливішу і найрадикальнішу виставу театру «ДАХ — Едіп. Собача будка». Два, фактично, різних спектаклі, розділені антрактом, демонструють діалектичну єдність жорсткої прямолінійності та вишуканої краси.
  • Юная энергия классики или почти сумасшедшая «Женитьба»

    Агафью Тихоновну переселили на Оболонскую набережную в двухэтажный элитный особнячок, вручили ей две квартиры в центре и дачу под Киевом. Жевакина сделали не моряком, а певцом, эдаким Элвисом с заячьей губой и феерическими повадками. Яичница из коллежского асессора превратился в заместителя начальника налоговой службы, ему надели круглые очки кота Базилио, приталенную жилетку, пижонские штаны и снабдили несколько гейскими повадками. Словом, все персонажи — утрированные представители нашего «сегодня»

Нафаня

Досье

Нафаня: киевский театральный медведь, талисман, живая игрушка
Родители: редакция Teatre
Бесценная мать и друг: Марыся Никитюк
Полный возраст: шесть лет
Хобби: плохой, безвкусный, пошлый театр (в основном – киевский)
Характер: Любвеобилен, простоват, радушен
Любит: Бориса Юхананова, обниматься с актерами, втыкать, хлопать в ладоши на самых неудачных постановках, фотографироваться, жрать шоколадные торты, дрыхнуть в карманах, ездить в маршрутках, маму
Не любит: когда его спрашивают, почему он без штанов, Мальвину, интеллектуалов, Медведева, Жолдака, когда его называют медвед

Пока еще

Не написал ни одного критического материала

Уже

Колесил по туманным и мокрым дорогам Шотландии в поисках города Энбе (не знал, что это Эдинбург)

Терялся в подземке Москвы

Танцевал в Лондоне с пьяными уличными музыкантами

Научился аплодировать стоя на своих бескаркасных плюшевых ногах

Завел мужскую дружбу с известным киевским литературным критиком Юрием Володарским (бесцеремонно хвастается своими связями перед Марысей)

Однажды

Сел в маршрутку №7 и поехал кататься по Киеву

В лесу разделся и утонул в ржавых листьях, воображая, что он герой кинофильма «Красота по-американски»

Стал киевским буддистом

Из одного редакционного диалога

Редактор (строго): чей этот паршивый материал?
Марыся (хитро кивая на Нафаню): его
Редактор Портала (подозрительно): а почему эта сволочь плюшевая опять без штанов?
Марыся (задумчиво): всегда готов к редакторской порке

W00t?