teatre.com.ua

TimeOut

Георгий Фомин

Кармен

Из различных источников нередко слышатся слова сожаления об острой нехватке настоящих мужчин, способных на поступки различной степени тяжести. Не исключено, что одной из основных причин такой ситуации является нехватка настоящих женщин, ради которых настоящие мужчины готовы совершать безрассудства. Кармен в постановке режиссера Сергея Швыдкого относится как раз к таким, сделанным из страсти и огня женщинам.

Независимый и мятежный дух работницы табачной фабрики воплотил актер Кирилл Бин, не перестающий удивлять столичного зрителя широтой своего актерского диапазона. «Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик» — эта древняя поговорка русских многостаночников напрямую относится к жанру моноспектакля. В прелюдии к фантазии на тему Кармен актер блеснул сначала цирковым мастерством клоунады, обозначив по классическим законам место действия, а затем продемонстрировал такую ловкость рук при вытаскивании мелких предметов, что не дай Бог с таким фокусником оказаться в трамвае. На этом балаган закончился, и начался эксперимент по превращению вещей из чужого чемодана посредством пластики в образ Кармен. Как завещал великий Курбас. В ходе эксперимента Кирилл продолжил удивлять зрителя широтой своего дарования, хотя переодеванием мужчины в женщину уже давно никого не удивишь. Удивить можно, если выполнить этот трюк без ущерба первичным признакам пола. По тому, как это сделал Кирилл, вполне реально предположить, что когда-нибудь термин «Кармен Бина» войдет во все самоучители хореографии для обозначения сугубо мужского фарс-балета в женской одежде. Оставив искусство грациозного танца исключительно женщинам, которым, как известно, ничто не мешает грациозно танцевать.

Любители поискать глубокий философский смысл в каждом движении, пронизанном духом антицескаризма, найдут здесь целый букет смыслов — в одной только сцене смерти Бина-быка, публично зарезанного Бином-тореро, читается как послание к нации не быковать, так и проблемы перехода на вегетарианский тип питания. Не говоря уже о человеческом отношении к животным.

Для достижения чистоты эксперимента все слагаемые успеха режиссер привел к одному общему знаменателю — в спектакле, построенном как железнодорожный перегон через разъезд любви от станции Кармен до станции Судьба (с короткой остановкой у Бизе), локомотивом является актерская импровизация и несколько сквозных пластических символов. А то, что пластика в сочинении гражданина Канады Сергея Швыдкого имеет сакральное значение, зрители имели неоднократный шанс убедиться на спектакле Свободного театра «Чайка по имени Джонатан» — именно Швыдкой ставил на крыло спектакль Артименьева.

Экономические известия

Ирина Мелашкина

Чем грозит чужой чемодан

В репертуаре Молодого театра появился моноспектакль с довольно необычным названием — «В плену Кармен в плену». Новая постановка представляет собой пластическую фантазию режиссера Сергея Швыдкого и актера Кирилла Бина на тему одного из вечных сюжетов мировой культуры — о красавице-цыганке Кармен. Автор постановки Сергей Швыдкой — бывший киевлянин, ныне живущий в Канаде и ежегодно приезжающий, чтобы всколыхнуть театралов Киева очереднойсмелой визуально-пластической фантазией. Для режиссера пластика — основное средство выразительности. В новом спектакле движение актера самодостаточно, драматически насыщено, способно без слов поведать зрителю трагическую историю о свободной и гордой цыганке. Среди вереницы образов, созданных Кириллом Бином, есть хорошо известные по легендарной новелле Проспера Мериме и опере Жоржа Бизе, а есть незнакомые, рожденные фантазией постановщикаСергея Швыдкого.

На пустой, ярко освещенной сцене появляется уличный клоун, волоча за собой большой чемодан и плюшевую овечку на веревочке.Увидев публику, он начинает показывать немудреные, но самые настоящие фокусы. Этот нехитрый иллюзион проходит под разухабистый цирковой мотив. Внезапно характер музыки меняется. Из чемодана, приоткрытого клоуном, вырываются первые такты хабанеры Кармен из оперы Бизе. Перепуганный фокусниксначала захлопывает чемодан — явно чужой, перепутал в толпе! Но затем любопытство берет верх, и клоун начинает тщательно изучать его содержимое. Но чужой скарб оказывается бесполезным театральным реквизитом к постановке «Кармен». Из открытого чемодана вот уже в полную силу доносится музыка из оперы Жоржа Бизе. Так, перетряхивая и примеряя на себя чужую жизнь, уличный артист попадает в плен образов старинной истории о гордой цыганке.

Первой перед зрителем предстает пожилая женщина — возможно, такой стала бы Кармен в старости, если бы осталась жива. Старуха вспоминает молодость, танцуя фламенко. Кирилл Бин при помощи черной юбки, шали и веера перевоплощается в престарелую танцовщицу, на которую нисходит дуэнде — мистический дух фламенко.Небольшая сценка представляет собой поединок между сильным непокорным духом и дряхлым немощным телом. Молодой актер с пугающей достоверностью передаетпластику старой танцовщицы. То он согбенный, еле передвигается по сцене, то порхает, как бабочка при помощи огромного белого веера. А обязательные для фламенко дроби артист бьет и вовсе профессионально.

Под бравурный военный марш на сцену выбегает солдат в каске и камуфляже. Так трансформируется в спектакле образ Хозе, влюбленного в Кармен. Вояка марширует, выполняет упражнения — он находится в непрерывном движении. Живость и нетерпение Хозе готовят зрителя к появлению главной героини, пленительной Кармен…

И вот она появляется под звуки бессмертной хабанеры. Смуглая красавица начинает взаимодействие со зрителями, она стремится обольстить всех находящихся в зале мужчин (включая моего тринадцатилетнего сына). Поочередно снимая с себя разноцветные шали, Кармен заигрывает с залом, соблазняет. Актер мастерски передает победную, пленительную пластику прелестной женщины, прирожденной охотницы на мужчин, осознающей свою неотразимость и власть над противоположным полом. Кирилл Бин играет Кармен такой, какой видит женскую красоту его клоун, рисунок роли гротесков, но не карикатурен.

И вот, наконец, настал черед женской половине зала замереть от восхищения — на сцену подзвуки одноименной арии выходит тореадор Эскамилио. Ни одна зрительница в зале не осталась без его внимания, заинтересованного взгляда, воздушного поцелуя. С плащом-мулетой Эскамилио обращается то резко и брутально, как с быком, то нежно и страстно, как с возлюбленной. А когда в опасной близости от герояраздается грозное мычание, наш храбрец в прямом смысле слова на стену лезет от страха. Каким-то чудом бык оказывается поверженным, что дает тореадору дополнительный стимул для самолюбования. Сбрасывая расшитый камзол и поигрывая мускулами, герой устраивает небольшой стриптиз. Веселье в зале достигает апогея — и внезапно обрывается… Перед нами уже не триумфатор-тореадор, а поверженный им бык. Одного мгновения достаточно актеру для перехода из состояния человека-победителя в пластику умирающего животного. Когда бык из последних сил поднимается, на исполнителе надет черный плащ со стилизованным коровьим черепом наверху. Картина — пронзительная и несколько пугающая, ведь на наших глазах фарс обернулся трагедией… Сцена смерти быка сыграна Кириллом Бином, возможно, излишне натуралистично, но воздействие на зрителя она оказывает сильное.

Україна Молода

Алла Власова

Пристрасть Кармен

Кирило Бін: «Головне — щоб костюмчик „сидів“»

Моновиставу за п’єсою Проспера Меріме для Кирила Біна поставив режисер Сергій Швидкий. Симпатія до історії фатальної сеньйорити Кармен для Швидкого — це щось значно більше, ніж сюжет, за допомогою якого режисер прагне продемонструвати свій професійний хист. Очевидно, ця п’єса для нього — такий собі знак „безкінечності“, який можна розшифровувати, досліджувати, аналізувати й тлумачити протягом усього життя. Інакше як пояснити той факт, що лише минулого року він ставив цю річ у Центрі Леся Курбаса, а тепер ось знову взявся за неї в Молодому театрі?

Роль Кармен у постановці Швидкого виконує Кирило Бін. Як, власне, і всі інші ролі в цій моновиставі. Аби докопатися до найглибиннішої суті жанру „моновистава“, режисер „закидає“ актора у вир характерів та образів. Тріскою у цьому вирі Бін не почувався — швидше, вправним плавцем-профі, який із невимушеною легкістю переходить із техніки „брас“ на „кроль“ і навпаки. На початку історії актор — клоун, блазень, він бачить перед собою публіку і намагається розважити її нехитрими фокусами і трюками, переконуючи глядачів, що іграшкова овечка є дуже розумною дресированою істотою. Але ось лицедій з’ясовує, що переплутав валізи, а тому доведеться приміряти на себе чужі туалети, чужі долі, пластику, міміку, навіть чужу ауру… Червоний ніс на ньому виглядав дуже органічно. Та, з’ясовується, що й костюми Солдата, Долі, Кармен на акторові сидять, наче влиті. Кармен у цій виставі від своїх сценічних колег відрізняється не лише статтю. Режисер та актор ніби „накинули“ їй кілька років, ніби зазирнули в майбутнє — принаймні так здалося — цієї жінки, яку всі ми звикли бачити вічно молодою спокусницею. Вона павою походжала серед глядачів, раз по раз нагадуючи їм, що насправді це він, той самий клоун, який переплутав валізи… І потрапив у полон ситуації, як колись у полоні кохання опинилася Кармен.

Вечірній Київ

Кармен «омолодили» і взяли у полон

На камерній сцені Молодого театру відбудеться прем’єра вистави «у полоні Кармен у полоні». «Позаштатний» автор експериментів Молодого театру Сергій Швидкий, киянин за походженням, але канадець за громадянством, уміє і бажає дивувати глядача своєю візуально-пластичною фантазією. Він уже встиг зарекомендувати себе як видатний експериментатор виставами «Лісова пісня», «Венера в хутрі», «Войцек», «Чайка на ймення Джонатан» тощо.

І ось нарешті у його поле зору потрапила відома історія про Кармен Проспера Меріме, а Київський академічний Молодий театр відгукнувся на пропозицію поекспериментувати. Як зауважив автор, постановка «у полоні КАРМЕН у полоні» — це друга частина фантазії на тему «Кармен». Перша була створена ним минулого року на сценічному майданчику Центру Леся Курбаса. В найближчих планах — поєднати ці дві частини. Постановка є не тільки яскравою подією для Молодого театру, її естетика незвична для українського театру взагалі. У виставі вигадка гармонійно поєднується з реаліями, а містичне легко бере гору над раціональним. Цілком логічно, що перша частина майбутньої дилогії відбулася саме у Центрі Леся Курбаса, адже режисер робить спробу відтворити естетику пластики, яку пропагував український геній. Коли пластика актора — не просто набір ефектних па, а драматично насичений рух. Рух, завдяки якому можна розповісти історію без слів.

Реалізувати задуми Швидкого «визвався» актор театру Кирило Бін, добре відомий глядачам за виставами «Четверта сестра», «Хоровод любові», Ladies Night тощо. Саме Бін, віддаючи належне своєму прізвищу, грає блазня, який прийшов на площу, щоб розважати публіку. Але згодом виявляється, що він переплутав валізи: замість речей фокусника-шарлатана, в скриньці — чужий одяг. Усе, що у нього залишилося, — власне тіло. Саме з його допомогою блазень розповість легендарну історію кохання, що з драми перетвориться у комічну трагедію

Деловая столица

Кармен стала мужчиной

16 ноября на Малой сцене Молодого театра состоится премьера хореографического моноспектакля «В плену Кармен в плену». Драматическую историю Проспера Мериме с помощью выразительного языка пластики представит актер театра Кирилл Бил. Идея постановки появилась у режиссера Сергея Быстрого во время его очередного приезда в украинскую столицу. Киевлянин по происхождению и канадец по гражданству, он каждый год посещает родину, чтобы удивить театральную общественность новой пластической работой.

Как отмечает сам автор, «В плену Кармен в плену» — это вторая часть фантазии на тему «Кармен». Первая была воплощена Сергеем Быстрым на сцене Центра им. Леся Курбаса в минувшем году. Режиссер мечтает со временем соединить два спектакля в единое целое. Новая работа заметно отличается от традиционной стилистики Молодого театра. Ее создатель пытается переосмыслить образ Кармен и донести свои идеи до зрителя посредством пластической системы, используемой мастерами Центра им. Леся Курбаса. Суть ее состоит в восприятии пластики как движения драматически наполненного, которое само по себе создает сюжет.

История начинается на городской площади. Здесь собралась толпа зевак, привлеченная призывными криками шута, который собирается устроить представление. Но, открыв чемодан, паяц находит в нем чужие вещи и одежду. В тот миг, когда артист прикасается к реквизиту, происходит мистическая метаморфоза: предметы как будто оживают и начинают руководить человеком, его психикой и движениями. Шут старается сопротивляться, но его тело воспроизводит чувства обольстительной цыганки, а также создает образы людей, принимавших участие в развитии ее любовной драмы. В спектакле использована музыка Жоржа Бизе и Родиона Щедрина. Ария Кармен звучит в исполнении легендарной оперной певицы Марии Каллас.