Боль мира
Текст Марыси Никитюк
Фото Филиппа Андруховича
В рамках фестиваля «Территория»
2 симфонических перформанса Кирилла Серебренникова
«Богини из машин» и «Станция»
В катакомбах «Винзавода»
Москва 10–11 октября 2008 года
В небесах — дива дивные А в земле — лишь боль.
Из либретто «Станции»
Двумя яркими постановками Кирилла Серебренникова закончилась вялотекущая «Территория». Вообще сложилось впечатление, что только для этой заключительной «махины», все и происходило в этом году на фесте.
На заказ «Территории» было написано две оперы. Хотя оперы — это громко сказано, скорее, некий их постмодерный вариант. «Богини из машин» — это страница текста в стиле древнегреческого пафоса, четыре архиненавистных арии эринний, богинь мести, прилетевших к нам на вертолетах. «Станция» — сложный малопонятный коллаж из стихов Пауля Целана, австрийского поэта, Софокловской «Антигоны», историй трех гимнасток, рефлексий на тему земной и небесной любви. «Станция» как по тексту, так и по визуальному ряду полностью навеяна стихом Мильтоса Сахтуриса «Станция», а подвальные мрачные помещения «Винзавода», в которых все и происходило, дополняли атмосферу болезненного упадка, горького фиаско Человека, атмосферу красивой декадентской безнадежности.
Начало «Станции». Почтальон везет мешок муки и письма. Красивый поэтический образСтанция
Мне снится, что дождь идет и идет
Мой сон заполняется растолокой
Я в
каком-то мрачном местеИ жду поезда
Начальник станции собирает ромашки
Выросшие между шпал
Потому что поезд
На эту станцию
давным-давно не приходитИ вдруг промелькнули годы
Я сижу за стеклом
Волосы отросли и борода
Как будто я давно и сильно болен
И когда я опять засыпаю
Тихо-тихо входит онаВ руке ее нож
Осторожно ко мне подходит
Втыкает его мне в правый глаз
Мильто Сахтурис
«Невеста и Поэт»«Богини из машин» — это игра слов, театральный термин «Бог из машины» означал появление некой божественной силы на сцене, которая решала коренным образом ход событий. Богини из машины — четыре эриннии, богини мести. После первой медитативной картины заброшенной станции,
«Богини из машин». В прозрачных серебренных боксах сидят властные эриннииКирилл Серберенников нередко прибегает к политическим параллелям: в его постановке «Антоний & Клеопатра. Версия» прочитывается чеченская война, а четыре эриннии в прозрачных боксах, сошедшие с вертолетов, предстают в более, чем узнаваемых образах. Черной эриннией предстает Моника Левински, заглатывающая микрофон, золотая эринния — Юлия Тимошенко. Агрессивные
«Кровь океана
Да хлынет на ваши сердца
Кровь океаном
Да вырвет из дна континенты
Да в сердцах ослепит скарабея
Да потопит беззащитных невинных
Постановка этих двух опер определяет жанр перформанса и выводит освоение театральным искусством промзон на новый уровень. По этим постановкам можно писать труды о современном постдраматическом театре, об интермедиальности в театре, о динамичном дизайне. Серебренников испробовал все возможные приемы современного театра, вот только эриннии, которые должны были прилететь на вертолетах, скромно обошлись оглушительным ревом динамиков.
«Невеста и Поэт». Оба, как бы, висят в воздухе, держась за деревянные приспособления«Богини из машин» — современное публицистическое выражение боли и жестокости мира в греческих образах. «Станция» — пространственный 3
«Свет кубарем ворвался сквозь окно
Хлестал он мебель, раздирал обои
И канарейку в клетке задушил… разбил
Посуду
И ослепил сестрицу первую, вторую…
И пепельным власы окрасил третьей
И начертал на ванном зеркале перстом
«Ибо они уж не расстанутся вовек»
Заключительный стих из «Станции»
Висловити свою думку з приводу цього матеріалу (Поки що нема ніяких)
